«Привычен мир, где нами правят…» — МК

«Привычен мир, где нами правят…»

фото: pixabay.com

Юрий Чередниченко, Москва. 
Категория «Учитель»

КОРОЛЕВСТВО КРИВЫХ ЗЕРКАЛ 

Куда ни гляну — всюду зеркала,
Всё зеркала: и люди, и предметы…
В себя ли загляну из-за угла —
И там кривое зеркало портрета.
Глаза закрою, отвернусь к стене —
Как много стен, как мало в них покоя.
Один в судьбе — и все-таки нас двое:
Я в зеркале и зеркало — во мне.
Пускай я многократно искажен,
Но, вглядываясь пристальнее в лица,
Ищу глаза, в которых отразится
Тот, кто еще никем не отражен.
Скорее в лес!
Но там одни углы,
А леса нет, 
и нездоровым смехом
Смеются почерневшие стволы,
И, словно тень, ползет кривое эхо.
А выйду в поле, наклонюсь к земле
Иль подниму глаза и вскину руки —
Мне слышатся украденные звуки
В зеркальном звоне о Добре и Зле.
Люби меня за то, что я украл.
Ответь мне на нелепые вопросы.
Пусть падают слова на дно зеркал
С тяжелым шорохом,
как пепел с папиросы.
Я сяду ближе и Твою свечу
Между собой и зеркалом поставлю,
Открою лист и книгу озаглавлю —
Впервые! — так, как я того хочу.

Алексей Заковырин, Волгоград.
Категория «Молодой автор»

ПОХМЕЛЬЕ

Подводил итоги недавно минувшего прошлого,
Да в протухшей воде через силу стирал исподнее.
Как схитрился собою пополнить отряд заброшенных?
Растянул на неделю гуляния новогодние…

Тяжелеет кручина, спиной вызревая шрамами.
Искривилась душа, поперек от натуги треснула…
Эх, сейчас бы горячему лбу нежны руки мамины,
Да часы перевел сгоряча на секунды местные…

День заменит бессонная ночь. Покрывала мятые.
И удары знакомого сердца — похмельный колокол…
В этом черном кино мы с тобой далеко не пятые,
Кто в рожденный рассвет свое тело потащит волоком…

Дмитрий Стрешнев.
Категория «Учитель»

ВРЕМЯ В ПРОВИНЦИИ

Наконец-то
Я понял,
Куда исчезает время:
Оно дремлет в провинции
Где-то под боком
И бродит, скучая, потерянной тенью
По мокрым дорогам.

Когда в чайной
Я чай ждал
Без особого толка —
Подмигнув, оно рядом садилось так просто.
И жевал я медленно-долго
Бутерброд его черствый.

Взгляд здесь словно застыл,
Навсегда потрясенный
Видом сотен ног женских —
И тощих, и в теле,
Что одеты все в тот же ажур, завезенный
На прошлой неделе.

А под насыпью
Скорченный остов вагона —
Пра-пра-прадедовских чудищ неведомых вроде,
Чудищ судного дня Армагеддона,
Что грядет, грядет,
Но никак не приходит. 

Игорь Брянский, Новосибирск.
Категория «Зрелый художник»

ОСТРОВ

— Сейчас вернусь, — сказал и вышел,
Чай недопил, ушел во тьму. 
Дождь барабанил по стеклу
И до утра стучал по крыше.

Потом он города в пустыне 
Построил и среди зимы 
Дошел до полюса Земли.
— Молчи, он нам чужой отныне. — 

Проникнул в тайны мирозданья,
Проплыл великий океан,
Открыл так много дивных стран,
Что рассказать не хватит знаний!

Дождь прекратился лишь к полудню,
Все собрались, покорно ждали.
Жалели нас и убеждали
На площади большой и людной.
 
Привычен мир, где нами правят.
И тот опасен, ненадежен,
Кто убежит, оставит ложе,
Забыв законы древних правил.

Их преступления ужасны.
Вот счастья верные ключи —
Молись, работай и молчи,
Оставь мечты, они напрасны.

А кто не хочет лучшей доли?
Как мы с тобой, он королю 
Не кланялся семь раз на дню,
Не пел псалмы в церковном хоре…

Всё так, но пролетит звезда,
Всё озарит, сгорит. Мы поднимаем
Глаза на небо, понимаем —
Он не вернется никогда.

Вы можете пропустить чтение записи и оставить комментарий. Размещение ссылок запрещено.